Серия книг: Растяпа

Когда Советский Союз распался и Россия встала на рельсы нового экономического развития, каждому её гражданину был выдан ваучер – документ определяющий право на часть общегосударственной собственности. Я в эту затею не поверил и отнес ваучер своей бывшей жене со словами: «Употреби его на благо нашей дочери». Ни та, ни другая не стали миллионершами. Попробовал сам пойти к этой извечной мечте всех (не?) нормальных людей – своими силами и сноровкой без государственных подачек. Попыток было несколько. Об одной из них рассказано в повести «Мотылек». Expand

Взгляд на советскую армию изнутри. Так ли она была сильна и непобедима, как рисовала ее воскресная телепередача «Служу Советскому Союзу». Взгляд субъективный, но не предвзятый. Expand

Райком партии. Второй этаж. Наш инструкторский кабинет. С конца коридора доносится голос Деминой. И вот она сама в белом халате, как привидение. Глаза зашиты крупными грубыми стежками, руки вытянуты, как у Натальи Варлей в фильме «Вий». Она прошла рядом со мной. «Где ты, Анатолий? Отзовись – я тебя чувствую». Ледяным страхом схватило сердце. Я попятился в глубь кабинета и прижался к стене между столами. «Ко мне, упыри!» - кричит Демина. – «Ко мне, вурдалаки!» Коридор наполняется сотрудниками аппарата – они кривляются и пляшут вокруг Людмилы Александровны, и глаза у них точно так же зашиты. Она снова кричит: «Позовите Александра Максимовича!» Второй секретарь и Чудаков, поддерживая за локти, вводят в кабинет Пашкова. У провидца районного глаза закрыты, но не зашиты – я уже знаю, что дальше будет. Пашков открывает глаза, показывает пальцем на меня: «Вот он, хватайте его!» Я защищаюсь у стены, но устоять против всех не могу. Меня повалили – бьют и топчут, рвут на куски. И порвали бы …. Expand

Партийный аппарат – каким он был? чем жил? о чем тужил? – взгляд изнутри. Нет, ни на этих, что на мавзолее выстроились в ряд. На тех, кто руководил людьми на уровне района. Кто нес в ряды трудящихся стратегическую линию партии, руководящей и направляющей страну в светлое будущее всего человечества. Без сарказма, без прикрас, с наивной верой в свое участие в великом деле. Expand

80-е годы прошлого столетия. Станкостроительный завод. Выпускник политехнического института работает сменным мастером. На работе штурмовщина, жена уходит, рушится семья. Какую из проблем решать? Используя технологическую величину «норма времени на механическую операцию» он пытается просчитать загруженность бригад своего участка. Результат поражает – в данном составе за узаконенное рабочее время бригады не в состоянии выполнить месячный план. Значит, делает вывод мастер, рабочих нещадно эксплуатируют. Ошибки боясь, он показывает свои расчеты специалистам. Но никому нет дела – как сложилось, пусть так и будет. О результатах его расчетов становится известно бригадирам. Рабочие бросают работу и требуют к переговорам руководство завода. За беспорядки в цехе и нарушения трудовой дисциплины уволены начальник цеха и старший мастер участка. Молодого специалиста уволить не могут, но переводят в другое место, где он вынужден работать только в ночную смену. В ночную смену никто не работает – карты, вып Expand

«Психологично! Трогательно! Прекрасно!» - таков релиз на издание этой книги в Новокузнецком книжном издательстве «Союз писателей». Дочка маменькина и папенькина поступает в институт. Неглупа, мила с амбициями. Встречается ей на пути практически старшекурсник, бывший моряк-пограничник, а ныне председатель совета лучшего в области (да, что там, в России!) студенческого общежития. Ничтоже сумняшеся в копилку его своих побед. И заворачивается роман с браком по залету, перековкой чувств и бесконечной трагедией распавшейся семьи. Когда все хороши, и нет виноватых…. Expand

Моряк вразвалочку пришел на дембель. В кармане у него документы, дающие право на восстановление в институт. Есть желание, но есть и препятствия. Их преодолев, он уже на втором курсе становится практически самой легендарной личностью на факультете. Особенно для девчонок! Как не ошибиться? Как найти ту, самую единственную? Как, в конце концов, бабником не стать с такой-то популярностью? Expand

Стоял в расстегнутом бушлате, в белоснежном кашне через шею на грудь. Я горд был – я отслужил три долгих года на границе. Мне ли трясущимися от волнения пальцами пуговицы застегивать перед патрульными? Но полковник был мудрым. Он мне вернул билет военный, взял под козырек. Можно презирать любого – маршала или рядового – это субъективно. Но объективно – я обязан честь отдать воинской форме по всей форме. Поставил к ногам дембельский портфель, застегнул бушлат, даже крючок у горла, упихал с глаз кашне долой и, встав по стойке «смирно», ладонь вскинул к бескозырке. - Вольно, - сказал полковник и протянул широкую ладонь. – Поздравляю с возвращением домой. Слезы побежали по щекам. - Служу Советскому Союзу! Expand